Водители жалуются на отсутствие хаба на «Верхнем Ларсе»

Единственная автодорога, соединяющая Россию с государствами Закавказья и Ближинего Востока, проходит через таможенный пункт «Верхний Ларс». Водители называют его одним из самых неудобных, а местные жители страдают от скопления выхлопных газов. Причина тому – постоянные очереди, которые порой растягиваются на несколько километров. Проезжающие недоумевают, почему поблизости до сих пор нет транспортно-логистического комплекса, где можно было бы элементарно отдохнуть, обогреться, оставить на хранение груз.

Около 10 лет назад «Верхний Ларс» был реконструирован: количество полос для движения тогда увеличили до 12 (по 6 в обе стороны), а суточная пропускная способность возросла до 4 тысяч человек и 400 автомобилей (170 – грузовых, 200 – легковых и 30 — автобусов).

На деле же в разгар туристического сезона через «Верхний Ларс» может проезжать более 15 тысяч человек, 3,5-4 тысячи единиц легкового транспорта и 350 автофур. В такие дни российским пограничникам и таможенникам приходится работать на износ, даже несмотря на то, что количество сотрудников существенно увеличивается.

Нынешнее лето вследствие пандемии стало исключением. Туристический сезон оказался сорван: впервые за последние годы «Верхний Ларс» в эти месяцы работает в штатном режиме.

Выхлопы, свалки и нервы

Спокойно здесь бывает разве что в сентябре-октябре. В ноябре на Крестовом перевале Военно-Грузинская дорога начинает замерзать, и пункты пропуска «Верхний Ларс» и «Дарьял» приходится закрывать. Зимой и в первой половине весны на перевальную дорогу сходят лавины, и порой автомобилисты вынуждены стоять по две-три недели в ожидании благоприятных погодных условий. В прежние годы очень много российских туристов устремлялось в Грузию на продолжительные майские праздники, и очередь растягивалась на 10-12 км, а ожидание — на 10-15 часов. Летом эти проблемы повторялись.

У автомобилистов сдают нервы, хотя, как рассказывают дальнобойщики, для них томительное ожидание проезда через границу — дело привычное. При этом, как правило, большие нарекания с их стороны вызывает продолжительность прохождения погранично-таможенных процедур.

Длительное стояние отражается и на экологической обстановке: помимо выхлопов, это еще и стихийные свалки вдоль дорог.

Власти признают, что проблема есть. Как сетовал глава Северной Осетии Вячеслав Битаров на недавней встрече с министром транспорта России Евгением Дитрихом, «ежегодно увеличивается грузооборот, постоянно растет пассажиропоток, и в совокупности это создает значительные неудобства для местных жителей и угрожает их безопасности».

Дорога к «Верхнем Ларсу» проходит через густонаселенную часть Владикавказа. В будущем году власти обещают начать прокладывать давно обещанную дорогу в объезд города. 14-километровая четырехполосная трасса должна не только освободить от транзитного транспорта улицы города, в частности, спальные микрорайоны, через которые проходит участок Военно-Грузинской дороги, но и снизить загазованность столицы.

Сами дальнобойщики эти намерения приветствуют, но говорят, что в условиях ежегодного роста автотрафика не меньшую актуальность приобретает строительство транспортного хаба.

«Хотелось бы, чтобы Россия о нас побеспокоилась»

Расстояние от «Верхнего Ларса» до Владикавказа составляет 38 км, и иной раз во время приграничного стояния хвост очереди может доходить до окраины североосетинской столицы. Большая парковка на сотню автофур разворачивается и перед въездом во Владикавказ. У так называемого ногирского перекрестка дальнобойщики практически в открытом поле могут стоять до двух недель.

В этом августе на пустыре большегрузов практически нет. Разве что некоторые водители останавливаются перед сложным горным участком дороги – отдохнуть или просто провести мелкий ремонт или технический осмотр.

Житель Батуми Васо Кварацхелия остановился, чтобы пополнить запасы питьевой воды. В беседе с «Кавказ.Реалиями» он отмечает, что не раз слышал, что дальнобойщики доставляют неудобства местным жителям. Однако, по его словам, ситуация не меняется.

«Осетия — это транспортный коридор между Закавказьем с одной стороны и Россией, Восточной Европой, Казахстаном — с другой. Иной раз здесь можно и на месяц застрять, когда не бывает погоды на Крестовом перевале. Зимой разворачивают палатки обогрева. Но это не решение проблемы. Ими могут воспользоваться только те, кто у самой границы стоит, а тем, кто подальше, приходится постоянно жечь солярку. Давно бы уже построили какой-нибудь транспортный городок, чтобы и нам было легче, и местных не напрягали бы. Места на вашем участке Дарьяльского ущелья достаточно», — сказал он.

Транспортный хаб по большому счету — не просто современная стоянка с элементарными удобствами – дешевые мотели, бытовые удобства, столовые, комнаты отдыха, — но и логистический узел с продуктовыми, промышленными и строительными складами. Зачастую многие фуры едут с большим перегрузом и, чтобы избегать штрафных санкций из-за порчи дорог, могли бы оставлять там на хранение лишний груз или перекладывать его в машины посвободнее. Еще один аргумент в пользу хаба – ремонтные мастерские.

Водитель армянской транспортной компании «Spayka» Авет Геворгян, остановившийся на короткий отдых, вспоминает, как когда-то встретил на подступах к российско-грузинской границе Новый год.

«Мы понимаем, что погоду не закажешь. Но хотелось бы, чтобы и российские власти о нас побеспокоились. Мы ведь платим «Платону» (система взимания платы с грузовиков массой свыше 12 тонн – прим.ред.), а удобств в приграничной зоне — никаких. Как-то на 12-градусном морозе с сильным ветром часа три ремонтировал машину. Другого выхода у меня не было», — сказал он.

«Хаб повысит привлекательность Военно-Грузинской дороги»

Значительная часть большегрузных автомобилей, караваном следующих по Военно-Грузинской дороге, едут из Армении. В начале февраля Ереван направил в «Верхний Ларс» таможенного атташе при посольстве страны в России Арама Тананяна. Сейчас к работе пограничников и таможенников у него претензий нет, однако и он указывает на необходимость хаба.

«Судите сами, если между Арменией и Грузией функционирует три перехода, то между Грузией и Россией – только один. Альтернативой могли бы стать дороги через Абхазию и Южную Осетию, но они по политическим мотивам закрыты. Бывает, что за день по тысячу машин в обе стороны следуют. Нагрузка на пост возрастает по меньшей мере в три раза», — сказал он.

Таможенный атташе прогнозирует, что с развитием товарооборота между странами Евразийского экономического союза, в который входят Россия, Армения, Белоруссия, Казахстан и Киргизия, нагрузка на пост будет возрастать. По его словам, все больше в товарооборот интегрируется иранский рынок.

«Армения станет связующим звеном между странами ЕАЭС и Ираном (страна ведет переговоры по вступлению в союз – прим.ред.). Иранский рынок очень интересный и перспективный, поэтому в будущем «Верхний Ларс» будет еще более востребован. И нужно развивать придорожную инфраструктуру в населенных пунктах Нижний Ларс и Чми. Так что в потенциале хаб будет крайне необходим. Это в разы повысит экономическую привлекательность Военно-Грузинской дороги», — сказал он.

Идея «свободного склада»

Власти Северной Осетии еще несколько лет назад заявляли о намерении построить в Дарьяльском ущелье крупный транспортный центр по принципу режима «свободный склад» и даже планировали добиться особой экономической зоны, что способствовало бы введению льготных тарифов по таможенным сборам. Однако в середине 2015 года в республике сменилась руководство, и проект был заморожен.

«Это позволило бы разгружать товары, сортировать, хранить, переадресовывать. В общем оптимизировать грузооборот. Основную ставку предполагалось сделать на товарах из Турции и Армении», — сказал бывший министр туризма, предпринимательства и инвестиционной политики Северной Осетии Алан Диамбеков.

В конце 2015 года российско-турецкие отношения испортились на продолжительное время после инцидента со сбитым военным самолетом СУ-24. В правительстве Северной Осетии заявляли о невозможности продолжать какие-либо связи с Турцией.

Однако в конце февраля 2020 года в республике вновь заговорили о строительстве многофункционального логистического центра и очертили землю площадью 25 га в районе станицы Змейская, что неподалеку от границы с Кабардино-Балкарией. Было заявлено, что примерная стоимость проекта – 300 млн рублей. Однако идея пока остается на бумаге.

 

Опрос

Вас пугает приближение "второй волны" коронавируса?
Загрузка ... Загрузка ...
Архив
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 
       
    123
25262728   
       
   1234
262728    
       
  12345
2728     
       
 123456
78910111213
282930    
       
   1234
       
  12345
27282930   
       
      1
3031     
29      
       
     12
3456789
10111213141516
31      
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
       
Комментарии для сайта Cackle