Отец Караецева: «Вопрос оставить теннис никогда не поднимался»

Казбек Карацев в интервью «Матч ТВ» рассказал о том, как складывалась карьера нынешней главной сенсации Australian Open – его сына Аслана Карацева.

— Как Аслан начинал путь теннисиста? Кто привел его в этот вид спорта?

— Он с детства любит мяч. Все дети увлекались машинками, другими игрушками, а он мячом. Ему было 2 года и 8 месяцев, когда мы поехали в Израиль. Как и все, хотели побольше покупаться, поэтому часто ходили на пляж. И вот как-то увидели там девочку лет десяти, играющую на теннисной стенке. Она рассказала нам про теннисный центр в Яффо. Мы пришли и встретили там русскоговорящего тренера Владимира Рабиновича. Через него записались в секцию.

Владимир подарил нам маленькую ракетку, которую Аслан сразу взял и пошел играть. У него уже были кое-какие навыки, потому что дома часто играл с ракеткой и шариком от настольного тенниса, мог часами стоять и стучать. Когда он пошел играть на стенку в возрасте 2 лет и 10 месяцев, это заметили другие родители и просто не поверили, что ребенок так умело пользуется ракеткой. Позвали менеджера, который сказал, что нас не могут записать, потому что Аслан не подходит по возрасту. Поэтому его взял к себе на тренировки Владимир.

В 12 лет из-за сложной финансовой ситуации я был вынужден его забрать обратно во Владикавказ. В Осетии плохо развит теннис, поэтому не получалось никак со спонсорством. У нас развиты борьба, футбол, а в теннис тут просто не верят. В итоге получилось так, что мы три года сами тренировались в Осетии вместе с братьями Музаевыми и Русланом Дудиевым.

В 15 лет мы поехали на второй выезд за три года — в Таганрог, где Аслана заметили. Он играл там со взрослыми. Управляющий теннисными кортами Александр Юрьевич Куприн пригласил нас в Таганрог, взял на контракт. Аслан начал там тренироваться. Так получилось, что несколько месяцев его вел как тренер Турсунов, и в 19 лет они отправились в Германию. Потренировались в Галле два или три месяца, потому что за это нужно было платить, а денег не было.

После того как Аслан приехал обратно в академию, Германия сама позвала его к себе снова. Он там два года потренировался, а потом получил травму, из-за которой не мог полноценно тренироваться и играть на протяжении двух лет. Когда у него была травма, к нему в Галле стали относиться как к отработанному материалу. Аслан переехал в Барселону, где выступал за Bruguera Tennis Academy неполных два года. После этого стал самостоятельно ездить по турнирам: сыграл, заработал, поехал.

Как-то он был во Франции в 2019 году, где встретился с Егором Яцюком, своим нынешним тренером, на турнире. Егор с отцом смотрели игры. Им, видимо, понравилось. Они предложили Аслану поехать в Белоруссию, найти спонсора. Он поехал с ними, до сих пор они работают вместе.

Во время пандемии Аслан приехал домой во Владикавказ. Потренировался тут немного. После этого заскочил на пару дней в Минск и улетел оттуда в Америку на выставочные матчи. Очень хорошие игроки были, в особенности русскоговорящие. После пандемии также начались челленджеры в Чехии, где он успешно выступил. Затем — Санкт-Петербург, а уже потом уехал на квалификацию Australian Open, где удачно сыграл, несмотря на хороших соперников. Он очень давно хотел попасть в топ-100.

— Когда вы возвращались в Осетию из Израиля и вынуждены были тренировать самостоятельно, не было сомнений, что Аслан станет профессионалом? Не было мыслей об уходе?

— Когда мы приехали, я надеялся, что будет финансовая поддержка. Он был еще совсем юношей, один никуда не мог выехать. Соревнования не каждый день, в год два-три раза, но на эти поездки нужны финансы, минимум тысяча долларов. Я особо ни у кого не просил, у меня сестра писала письма, но нам отказывали.

Ребята тренировались. Вопрос оставить теннис никогда не поднимался. Я бы искал другие возможности, чтобы Аслан продолжил заниматься. Он с детства тянул меня на корты, в худшем случае спускались на улицу, и он на стенке играл. Я приходил уставший, а он звал на улицу.

Единственное, что он мог раньше начать играть. Аслана признали лучшим юниором года в 18 лет, у него уже в этом возрасте была хорошая техника. Разве что психологическая подготовка была недостаточно хороша. Он выходил и так сильно волновался, что это приводило к ошибкам.

— Сейчас в этом плане что-то изменилось, раз так выстрелил?

— Да. Егор Яцюк тоже в теннис играл и сам проживал когда-то такие же чувства. Вот они сработались, и получилось то, что получилось.

— У Аслана в детстве или в более зрелом возрасте были кумиры, люди, на которых он равнялся?

— Им всегда был Роджер Федерер.

— Мечтает сыграть против него?

— Наверняка. Федерер и в то время был уникальным игроком, и сейчас таковым остается.

— Понятно, что вы лично болеете за сына, но если постараться быть объективным, на что сами рассчитывали перед Australian Open?

— Я знал его возможности, и я знал Егора Герасимова, что тот играет не так активно. С Джанлукой Магером я не был знаком, но посмотрел до этого его игры и знал, что Аслан сможет с ним справиться.

С Джоковичем в полуфинале Аслан моментами начинал держать мяч непонятно для чего. То ли хотел передержать, то ли какие-то комбинации готовил, а надо было активно действовать. У него только восемь мячей вылетели, когда он держал мяч, а когда играл активно, то переигрывал.

— Если бы Аслан играл в свой теннис весь матч, был бы шанс против Новака?

— Конечно. Сто процентов. Я не говорю, что он точно выиграл бы, но сопротивление оказал бы достойное. Аслан в каждом сете отдавал просто так по гейму. И подачу, и саму игру. Второй удар — ошибка. Третий удар — ошибка. Ему не Джокович забивал, он сам делал ошибки. Никто его не вынуждал совершать эти ошибки, вот чем дело.

— Вы с сыном разговариваете после каждого матча? Разбираете с ним матчи?

— Я с ним ничего не разбираю. Он когда проигрывает, может два дня не звонить. Я его пытался сначала как-то успокаивать. Когда он Джоковичу уступил, я ему ни слова не сказал, он проиграл достойному теннисисту, первому номеру. Но лучше бы показал свою игру от начала до конца. Другой результат был бы.

— В эфир «Матч ТВ» сразу после возвращения из Мельбурна пришел Андрей Рублев. Он сказал, что Аслан может задержаться в топ-50 или топ-40. Каков ваш прогноз?

— Если смотреть на игру, то может. Аслан тренировался с Андреем, когда проходил ATP Cup. Был доволен этими тренировками. Там и Донской молодец. Коллектив!

— Какие взаимоотношения с ребятами из топ-10?

— Он с ними мало общался раньше. Да и где? Хачанов с Рублевым в Испании, Медведев во Франции. А на турнирах с ними даже не встречался. Сейчас они общаются нормально, хорошие товарищеские отношения.

— Есть опасения, что слава и призовые на Australian Open могут изменить сына?

— Нет, абсолютно! Сейчас Аслан прилетает в Москву. Ему нужно будет решить дела, побудет там день-два, улетит в Минск и начнет тренироваться. Дальше — в Доху, Дубай, зависит от расписания. Сейчас он будет попадать на турниры. Ему этого не хватало, он всегда хотел участвовать в более крупных турнирах, но не попадал по очкам, даже в отбор на квалификацию не проходил. А теперь у него есть возможность напрямую ехать и спокойно готовиться. У него даже близко нет мыслей: «Вот, я стал полуфиналистом Australian Open».

 

Опрос

Вы довольны качеством уборки снега на улицах Владикавказа?
Загрузка ... Загрузка ...
Архив
ПнВтСрЧтПтСбВс
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
       
       
       
    123
25262728   
       
   1234
262728    
       
  12345
2728     
       
 123456
78910111213
282930    
       
   1234
       
  12345
27282930   
       
      1
3031     
29      
       
     12
3456789
10111213141516
31      
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  
       
Комментарии для сайта Cackle